МОСКОВСКИЙ ЗЛАТОУСТОВ МОНАСТЫРЬ

Почему мы решили поехать именно в этот храм? Наверное потому, что при нашем приходе, приходе храма свв. бесср. Космы и Дамиана на Маросейке в Москве, существует центр изучения истории и наследия Иоанна-Златоустовского монастыря, в единственно сохранившемся келейном корпусе которого сейчас находится воскресная школа, трапезная, историко-культурный центр «Открытие», хозяйственные службы храма, молельная комната свят. Иоанна Златоуста и наш центр. Всё, что так или иначе касается свят. Иоанна Златоуста и самого монастыря для нас важно и интересно. Наверное поэтому мы и попали сюда…
ВолОсово. Север. Белые ночи. Кубоватые деревянные храмы с небесами.
Мы приехали на два дня раньше начала работ, в субботу осмотрелись, в воскресенье съездили на службу и экскурсию в Каргополь. Небольшой храм Рождества Пресвятой Богородицы, несколько человек на клиросе поют в один голос, Ксюша и Федя не выдерживают и иногда начинают подстраивать второй. Служит иеромонах и диакон. Просфорочки маленькие и совсем пресные: такие обычно бывают в деревнях. Внутри много икон,их свозили из окрестных закрывающихся храмов. На весь город — 2 действующих, а до революции было 24, и ещё два монастыря. Резные узоры над окнами, «ни один не повторяется!», валы древней крепости. Спасибо чудесной Анне, всё воскресенье без устали водившей нас по городу, по соборным площадям и музеям (теперь у нас есть походный деревянный каргопольский половник), и с любовью рассказывавшей об этом прекрасном северном городе, а потом сопроводившей в Саунино нескольких желающих.
Храм свят. Иоанна Златоуста 1665 год (что было в этот год в монастыре?), и центральная улица названа по храму — Златоустовская. Храм отреставрирован, служб нет, но внутри чисто и уютно, и так приятно пахнет сухим деревом. Сторож открывает окна, они смотрят в поля, несостоявшаяся гроза, и мы поем Свете тихий, и ещё, и ещё… Всего 10 минут, а кажется, что целая служба прошла под этими голубыми небесами…
Наш дом в Волосово «красивый» с разноцветными узорами на фасаде по голубому. Двухэтажная пристройка к срубу- сеновал и сарай. Слепни и речка Чучекса: воды по колено. Газа нет, поэтому привычно готовим на костре. Часть людей спит в доме (комары там зверствуют), а часть с удовольствием разместилась в палатках. Нас 25. Мужчины, женщины и дети: примерно поровну, От 4 до 42 лет.
Приехавшие с утра в понедельник плотники, увидев 9 человек детей и нескольких девушек вышедших к ним навстречу несколько приуныли. На вопрос: «А мужчины -то у вас есть?» , из дома вышел наш хрупкий и незаменимый Петр-регент.
Наш храм. Теперь и наш храм. Каждый вложил в работу частичку себя,своей души. Работали дружно и весело,иногда с шутками, песнями, иногда сосредоточено молча. Рабочий день с 9 до 18. Утром в 7 подъем, молитва, завтрак и к 9 к храму. С 13 до 14 обед: окунулись в речку, поели — и обратно. В нашу задачу входило расчистить подклет храма от нападавшего туда мусора и провалившихся гнилых досок пола для установки внутри храма лесов и укрепления для стен, а также освобождение наружных стен от наваленной на них земли для предотвращения гниения дерева.
С деревом работать очень здорово, оно — живое, и я вижу как плотники любят материал, с которым работают. Так и с белым камнем, это тоже настоящий, не придуманный материал, и потому его надо знать и любить, чтобы сделать из него что-то.
Первые дни не хватало лопат и ведер- старались хитростью выманить друг у друга. Со второго дня все начало болеть: непривычные к работе руки и спины, натруженные поясницы. Но всё равно работали на износ. По цепочке передавали наполненные ведра, сперва в одно место, потом эту кучу надо будет перекинуть в трактор — тракторист после работы вывезет весь мусор. Работа нашлась для всех. Пока мужчины носили брус и выполняли тяжелые работы, более слабые — корили бревна. А после, снова, все вместе, копали и носили, копали и носили.
Связи в деревне нет, лишь вдоль дороги, к закату, вдруг ловятся обрывки писем и слов. И несмотря на дневную усталость- вечерами волейбол, в праздники- акафисты, а потом — просто, в поле, походить. Так мало дней, и так много в них вместилось, так много прожито!
И храм как-то ожил. Хотя вечерами забитое окно и дверной проем смотрятся как растерянное чье-то лицо. И березка на кладбище. И так привычно, как в монастыре, находятся косточки… Нашли подсвечник от кандила и осколок большой лампадки, кусочки резьбы иконостаса, иконку свт. Николая в углу алтаря, её когда-то оставили предыдущие волонтеры.
Месяц над дорОгой буковкой С. Четыре дня работы- а силы на исходе. В четверг приезжает, наконец, батюшка, и это дает нам новые силы: всё закипело. Внезапная Всенощная. И завтра, вовсе не на Казанскую (благочинный не сможет) — первая Литургия, первая за сколько, за 80, 90, 100 лет? В храме служить невозможно, поэтому срочно строится помост, певчие наготове: без книг (мы-то распечатали службу Казанской!), по телефонам, под открытым голубым небом. Жители исповедуются, наши тоже. Кто-то желает креститься. Утром на службе перед самым Причастием исповедуется бабушка на стульчике. После она сидит и украдкой утирает рукою слезы, сколько лет она ждала?
После службы отец-благочинный и некоторые из плотников заезжают к нам в дом на чай. В наше время общение с близкими по духу людьми редко, и это тоже дар Божий.
Вечером — концерт и игры в местном клубе. Поем духовные песнопения, просто песни и песни военные и детские. А потом — игры.
На Казанскую, в субботу, работ уже нет, на службу в Ошевенский монастырь мы опоздали, оказывается тут ранняя была, но там так тихо и хорошо, что мы походили немного по нему, поднялись на колокольню. Поклонились хозяину здешних мест, преподобному Александру. На обратном пути не можем не остановиться в Архангела. Гостеприимный отец Андрей поит нас чаем, а после Саша-плотник долго водит нас по трем храмам, рассказывает, показывает…
Возвращаемся в Волосово. Последний раз подходим к храму: послужить панихиду. Максим сделал гробик, куда собраны все найденные косточки, и между старыми могилами выкопана яма. Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный, помилуй нас!
Мы очень надеемся, что все запланированные на этот сезон работы будут сделаны, у храма появится крыша и будет предотвращено дальнейшее разрушение. А там, Бог даст, может и шатер срубят, а потом — глядишь, и службы начнутся..
Икона свят. Иоанна Златоуста, привезенная из Москвы, фотография с монастырской чудотворной, осталась в оконном проеме с левой стороны алтаря. Два великих Святителя, верим, помогут храму выжить.
Спасибо «Общему делу», спасибо плотникам Александру, Александру, Денису и Никите. Спасибо отцу Андрею и жителям деревни Волосово.
И нам очень хотелось бы сюда когда-нибудь вернуться.
К вечеру субботы собраны байдарки, и утром нас ждет маршрут по Онеге до Ярнемы, но это уже совсем другая история.