МОСКОВСКИЙ ЗЛАТОУСТОВ МОНАСТЫРЬ
Сайт Центра изучения истории и наследия Златоустова монастыря
В 1732 году Пасха выдалась на 9 апреля (по старому стилю). В хозяйственных книгах за апрель встречаем такие записи, относящиеся к подготовке праздника:
- Куплено ведро уксуса и хрена на 2 деньги про монастырский расход.
- Дано служителю Федору Никитину на покупку сандала на крашение яиц к празднику светлому Христову Воскресению, на фунт дано 2 алтына. (если к сандалу добавить квасцов, получался красный цвет).
Емуж Федору дано в братския ситные хлебы на фунт на гуньбу (возможно, пряность) 10 денег.
- 6 апреля куплено под корету дроги и колеса красить, краски медянки 6 золотников, дано за золотник по 3 деньги.
- Куплено свинца кресты закреплять, полтора фунта.
- 7 апреля ставили кресты на соборную церковь. Пять железных крестов золоченых; Гаврила Федоров с товарищами, подрядчики, под те кресты ставили бревна и подвязывали по крестам подвязки. За работу получили 7 рублей.
- 8 апреля куплено на братию к празднику светлого Христова Воскресения везиги четыре пучка длинных за 10 алтын.
- Дано кузнецовой жене на скатерти и на салфетки, на мыло 10 денег.
- Дано паяльщикам Ивану Логинову с товарищами, что они на соборной церкви паяли главы все, где худо было, за работу им 13 рублей с распискою.
- Того ж числа куплен кулич на Пасху — 4 алтына. Скорее всего, речь идет об А́ртосе (греч. ἄρτος – хлеб) – большой просфоре с изображением Воскресения Господня или Креста, освящаемой в день Пасхи, полагаемой затем в храме на аналое, где хранится всю Светлую седмицу, раздробляемой и раздаваемой верующим утром после Литургии в Светлую субботу с целью благоговейного потребления.
На изображениях рисунки Никифора Яковлевича Тамонькина


Литургические тексты Страстной Седмицы, как и Великого Поста, полны разных Евангельских тем и сюжетов. Одни перекликаются друг с другом, дополняя и раскрывая свои смыслы, другие создают контраст между собой.
Основной сюжет Великой Среды — жена-грешница, в смирении и самоуничижении пришедшая омыть ноги Иисуса Христа и отереть Его своими власами. Песнопения этого дня много говорят и о ней, и от её лица. Она описывается как жена злосмрадная и оскверненная. Она просит: «разреши́ до́лг, я́коже и а́з власы́: / возлюби́ лю́бящую (Тебя), пра́ведно ненави́димую (всеми)».
На фоне этого глубокого покаяния и смирения особенно контрастно звучит тема Иуды, который уже идет к иудеям и готов оценить ценою Безценнаго. С одной стороны — любовь, с другой — предательство; благодарность и неблагодарность; беззаветная щедрость и крайняя алчность; наконец — путь Жизни и путь смерти.
“О́ная власы́ разреши́, а се́й я́ростию вяза́шеся, / нося́ вме́сто мѵ́ра злосмра́дную зло́бу: / за́висть бо не ве́сть предпочита́ти поле́зное. / О Иу́дина окая́нства! // От него́же изба́ви, Бо́же, ду́шы на́шя.”
— Говорит стихира Триоди.
Подтема этого дня — просьба к Богу не дать нам уподобиться Иуде, но как жене-грешнице Господь дал покаяние, так и нам дай его, Господи: Лю́то е́сть ле́ность, ве́лие покая́ние: / е́же мне́ да́руй, Спа́се, пострада́вый о на́с, // и спаси́ на́с.
По мысли Типикона, сегодня — последний день, когда должно приносить покаяние. Перед вечерней с Литургией, которая уже пренадлежит Великому Четвергу, Предстоятель и молящиеся просят друг у друга прощение за всю Четыредесятницу:
“Благословите, отцы святии, простите ми грешному, яже согреших во всей жизни моей, и во всей Святей Четыредесятнице словом, делом, помышлением и всеми моими чувствы.”
Мы уже следуем за Господом к Его Кресту, и в самые страшные дни Страстной дложны вступить в мире друг с другом и в со-страдании Христу. Об этом мы Его и просим.
